Кумыс Саксагыр, православный писатель (adolfych) wrote,
Кумыс Саксагыр, православный писатель
adolfych

Categories:
ую юность. Первый из вас, тот, кто больше всех исполнял повеления прокуроров и судьи, окончит свои дни быстро и безболезненно – его собьет кортеж одного из министров-силовиков, и спорить родственникам будет бесполезно, силовики докажут, что бывший присяжный заседатель номер один сам бросился под машину. Следующий присяжный будет долго и изможденно трудиться рабом на кирпичном заводе Дагестана или Ингушетии, в то время как родители выплачут от горя глаза по пропавшей без вести родной кровиночке, которую никто не пожелает искать. И окончит свои дни там же, в предгорьях Кавказа, выброшенный, как сгнивший потрох, на свалку человеческих отходов. Судьба третьего присяжного чуть помягче – его зарежут на хирургическом столе во время неудачной операции на изношенном сердце, а лекарств спасти его под рукой у врачей не окажется, нынешнее здравоохранение на такие пустяки, как человеческая жизнь, денег не тратит. Доля четвертого присяжного окажется горше. Петлю на свою шею накинет он сам, спасая семью от бездомности и нищеты в ожидании расплаты по кровожадным банковским кредитам. И будет висеть под звериный вой жены и стоны матери, бессмысленно вторящих: «За что, Господи?! За что-о-о?!». Пятый присяжный заседатель уйдет не скоро, но судьба обязательно приведет его на лесной пожар или окунет в наводнение, где и канут его ничтожные дни в разгуле равнодушной стихии, попущенной властным разорением страны. Шестому присяжному предстоит тяжкая ноша – он попадет под техногенный взрыв на какой-то нефтеперерабатывающей базе не то Дерипаски, не то Аликперова. Долго еще промучается от несовместимых с жизнью ожогов, но ни Аликперов, ни Дерипаска, ни Путин, которым он так услужил в этом суде, не вспомнят о его страданиях на смертном одре. Когда русский лес рубят – щепки никто не считает. И только седьмой – последний из проголосовавших за обвинительный вердикт – седьмой!, чей голос решил судьбу Жени и Никиты, тот самый – долго сомневавшийся, мучившийся страхами и изгрызенный сомнениями – осудить или не осудить, посадить или не посадить, и решившийся под давлением трусости или алчности пойти за судьей и прокурором – он переживет всех. Гибель каждого из подельников, как и он сам, продавших душу дьяволу, будет оглушать его ожиданием собственной смерти, которое он станет заливать водкой. И, спиваясь на глазах семьи, он, с разъеденной циррозом печенью и изгрызанной смертным грехом душой, услышит от стоящего у изголовья сына проклятие за отнятое у потомков будущее…
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments